83 дня ада – история Оути Хисаси, «самого радиоактивного человека на Земле»

Человеческая небрежность и жадность могут стать причинами самых ужасных событий в истории. По вине руководства, стремившегося нагнать отставание от графика, в сентябре 1999 года работник атомного производства Оути Хисаси допустил ошибку и получил летальную дозу радиации. Следующие 83 дня, наполненные невыносимой болью и ложной надеждой, стали самыми тяжёлыми в его недолгой 35-летней жизни.

! Статья содержит описания и фотографии тяжёлого состояния. Не рекомендуется к просмотру чувствительным лицам и людям с неустойчивой психикой

Начало трагедии

Утром 30 сентября 1999 года Оути Хисаси и двое его коллег, Ёкокава Ютака и Синохара Масато, пришли на работу на объект компании JCO в поселении Токаймура. На этом производстве создавались урановые топливные стержни, необходимые для работы атомных электростанций, и в сентябре Токаймура должна была выпустить первую партию топливных стержней за последние 3 года. Из-за этого на объекте не было обученных специалистов и производством занимались любые техники, приходившие на рабочую смену.

Более того, JCO изменила официально одобренную процедуру смешивания радиоактивного урана с другим сырьём. Так работники производства находились в прямом контакте со смесью жидкого урана, но это не приводило к каким-либо происшествиям из-за низкой концентрации вещества. Однако 30 сентября объект отставал от графика на 2 дня, и начальство торопило сотрудников. В этот день Оути и его коллеги использовали смесь с концентрацией урана почти в 4 раза большей, чем было разрешено по существовавшим нормам.

Иллюстрация событий 30 сентября

В один момент во время смешивания сырья Оути, Ёкокава и Синохара услышали сигнал радиационной тревоги, за которым последовал громкий стук и яркая синяя вспышка. Из-за слишком высокой концентрации используемого урана смесь в большом резервуаре достигла критической массы и стала выделять достаточно тепла для поддержания реакции ядерного деления. Оути, помогавший Синохаре выливать уран в резервуар, получил наибольшую дозу радиации, так как он облокачивался на сам резервуар. Синохара стоял на платформе над баком, а Ёкокава находился в нескольких метрах от коллег за компьютерным столом. 

Международно признанный предел безопасного радиационного облучения составляет 20 миллизивертов в год, а смертельной считается доза в 5000 миллизивертов. В этот день Ёкокава получил 3000 миллизивертов радиации. Синохара – 10 000. Оути облучило 17 000 миллизивертов – доза, больше чем в 3 раза превышающая смертельную.

Почти сразу Оути и Синохара почувствовали резкую боль и тошноту, им было тяжело дышать. Все трое сразу выбежали из производственной комнаты и были быстро доставлены в местную больницу, однако вскоре Оути и Синохару перевезли на вертолёте в Токио, так как там находилось всё самое новое оборудование и более квалифицированный персонал.

Когда Оути привезли в токийскую больницу, медсёстры сначала не могли поверить, что он получил смертельную дозу радиации. Он был в ясном сознании и следовал рекомендациям медиков. По словам одной из сестёр, его кожа покраснела и он выглядел так, как будто получил солнечный ожог. Оути жаловался на опухлость и боль в руке. «В то время мне казалось, что он сможет выйти из больницы в тот же день», – сказала другая медсестра.

Врачи осознали масштаб проблемы только после получения результатов анализов. Поражённые радиацией хромосомы Оути были деформированы, спутаны и просто разрушены. Поскольку хромосомы «выдают инструкции» для организма, по которым создаются новые клетки, тело Оути больше не могло производить клетки, которые могли бы заменить старые и поражённые. Его ДНК было буквально разорвано радиацией. Несмотря на это, у Оути ещё оставался запас уже произведённых клеток, что объясняло его относительно здоровый вид.

Но как только этот запас иссяк, начался настоящий кошмар.

Первые меры

Так как количество лейкоцитов в крови Оути упало до 10% от нормы, его перевели в изолированную палату с максимальной стерильностью. Главным приоритетом врачей было восстановление способности его организма производить новые клетки, так как без этого спасти его жизнь было бы невозможно. Помочь с этим могла экспериментальная операция по трансплантации стволовых клеток от здорового донора. После введения этих клеток в организм они врастают в костный мозг больного и заменяют повреждённые, что помогает костному мозгу производить здоровые клетки. К счастью, поиски донора прошли быстро, так как стволовые клетки сестры Оути идеально сочетались с его организмом.

Эффект трансплантации можно было увидеть только через 10 дней после операции. Зная, что шансы на успех невелики и что родные будут хранить надежду до последнего, ответственный за лечение Оути доктор Миякава позволил его семье видеться с ним каждый день. Миякава надеялся, что если они будут наблюдать постепенное ухудшение состояния Оути, то смогут принять реальность. Сам Оути при этом не осознавал своего положения. Он спрашивал у медиков, когда его смогут выписать и может ли у него развиться лейкемия от радиации. 

Запасы здоровых клеток в организме Оути заканчивались, его кожа становилась сухой и буквально отваливалась от тела. В его лёгких начала собираться жидкость, и временами ему было тяжело дышать. Но видя, с какой любовью и заботой Оути общался с женой, медики решили не устанавливать ему аппарат искусственного дыхания. Однако уже на следующий день после встречи с женой Оути не мог дышать самостоятельно, и ему поставили ИВЛ.

Фото Оути на момент поступления в больницу (слева) и незадолго до установки аппарата ИВЛ (справа)

Несмотря на быстрое ухудшение состояния Оути, семья продолжала навещать его каждый день. И каждый раз они делали бумажного журавля в надежде, что он сможет исполнить их желание о скорейшем выздоровлении. Хотя это могло привести к заражению, они оставляли журавликов у кровати Оути, чтобы их вид придавал больному сил.

Миг надежды и борьба с неизбежным

Через 10 дней после трансплантации стволовых клеток врачи вновь взяли анализы и увидели, что клетки сестры Оути прижились в его организме. Он стал первым человеком во всём мире, получившим подобное лечение. Количество лейкоцитов в его теле увеличивалось, и риск инфекции стремительно уменьшался.

Но уже через несколько дней кожа Оути вновь начала отмирать. Более того, слизистая его кишечника атрофировалась, и организм больше не мог удерживать жидкость и питательные вещества. Оути стал враждебным к медикам, говоря, что он просто хочет вернуться домой. Он испытывал сильные боли в животе, так как каждый день из него выходило три литра жидкого стула. Начались внутренние кровотечения, из-за которых каждый день Оути проводили переливания. В некоторые дни ему делали 10 переливаний за сутки.

Снимок с гастроскопии Оути. Белая ткань – отмершая слизистая кишечника. Фото доступно по ссылке.

Пытаясь понять причину происходящего, врачи изучили ДНК Оути, и оказалось, что его хромосомы были снова повреждены и деформированы. Его организм поглотил так много радиации, что даже без источника излучения тело самостоятельно повреждало здоровые клетки.

Медики пробовали облегчить состояние Оути различными медикаментами, но из-за кровотечений и диареи они просто не оставались достаточно надолго в его теле, чтобы оказать какой-либо эффект. В определённый момент его кожа отмерла до такой степени, что его организм стал терять по 10 литров биологических жидкостей, и их приходилось заменять, вливая внутривенно медицинские препараты. 

Пытаясь сохранить ту малую часть кожи, что осталась у Оути, медицинская команда обмотала почти всё его тело марлей, но она пропитывалась кровью и жидкостями всего за несколько часов, а каждая замена марли вызывала острую боль. Его веки тоже отмерли и отпали, глаза высыхали и кровоточили. Доктор Миякава объяснил ситуацию семье Оути, говоря, что его состояние не только вряд ли улучшится, но может стать даже хуже. Родственники умоляли доктора сделать всё, что в его силах, для сохранения жизни больного.

Медицинские работники обматывают тело Оути марлей. На руках видно биологические жидкости из тела. Фото доступно по ссылке.

Последней мерой, способной помочь Оути, была масштабная пересадка искусственно выращенной кожи. Миякава надеялся, что если она приживётся, то поможет организму сохранять жидкость и даст врачам время для поиска способа лечения. Однако количество крови и биологических жидкостей, выходивших из всего тела Оути, было настолько велико, что пересаженная кожа быстро отвалилась. К этому моменту вся медицинская команда понимала, что ему не выжить, но никто не осмеливался произнести это вслух.

Пересаженная искусственная кожа на теле Оути. Фото доступно по ссылке.

Сердечный приступ

Прошло два месяца с госпитализации Оути. Его кожа сгнила и отмерла. Он дышал при помощи ИВЛ. Он не мог закрыть глаза, потому что у него не было век. Кровь и жидкость выходила по всей площади его тела. Он был в постоянной агонии. Но он был жив.

Постоянная потеря крови и переливания привели к тому, что его сердцебиение участилось до стабильных 120 ударов в минуту, как будто он бежал марафон. Нагрузка на сердце Оути была невероятной, и 27 ноября оно остановилось. Поскольку медики не получали запрет на реанимацию, они были юридически обязаны вернуть Оути к жизни. После трёх повторных остановок его пульс восстановился, но был таким же быстрым. 

Эти приступы привели к кислородному голоданию мозга и постепенному ухудшению мозговой деятельности. Его жизнь полностью зависела от медицинского оборудования, и он больше не реагировал на слова родственников. И хотя семья не теряла надежды, иммунные клетки Оути начали атаковать здоровые лейкоциты, и очень скоро они полностью исчезли. В этом состоянии даже обычная простуда могла убить его за несколько часов.

Принятие и прощение

На 81-ю ночь нахождения Оути в больнице доктор Миякава собрал родственников и сказал, что его нельзя спасти и что в случае повторного приступа его не стоит реанимировать. Семья Оути согласилась и подписала отказ от реанимации, надеясь, что ему больше не придётся страдать. На 83-й день жена и сын навестили Оути в последний раз. Той же ночью его сердце остановилось.

Легко подумать, что жизнь Оути продолжали поддерживать против его воли. Многие в интернете спорят о том, что он молил о смерти, что врачи оставляли его живым только для испытания новых методов лечения. Но не стоит забывать, что врачи использовали все доступные на тот момент средства, чтобы спасти жизнь Оути по просьбе его семьи.

Синохара, коллега Оути, умер в апреле 2000 года от множественного отказа органов.

Согласно отчёту Комиссии по ядерному регулированию США от апреля 2000 года, проведённое японским правительством расследование показало, что основными причинами происшествия стали недостаточный надзор со стороны регулирующих органов, отсутствие надлежащей культуры безопасности, а также недостаточная подготовка и квалификация работников. Шесть должностных лиц JCO, были обвинены в профессиональной халатности и нарушении законов о ядерной безопасности. В 2003 году суд назначил им условные тюремные сроки, а компании и как минимум одному из должностных лиц были начислены штрафы.

Источник: документальный фильм (доступен на японском языке с английскими субтитрами) 被曝治療83日間の記録 ~東海村臨界事故

Рома Jr.
Обычный редактор
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Войти через почту
Регистрация через почту